Выбежала на балкон, кричит Мальчишке:

Эй, ты, придурок?! Слышишь? Послушай, для тебя написано! «Есть свободная минута — бери в руки книгу! Учись так, чтобы принести больше пользы своему народу! Заботься о культуре, покончи со сквернословием, грубостью, выпивками, никогда не проходи мимо фактов хулиганства, пьянства, бескультурья! Будь примером поведения в семье и в воспитании людей! Обидели на твоих глазах человека — и ты виноват! Уважай старость на улице, дома, в семье! Будь вежливым, приветливым, тактичным! Нарушил эти правила — не место тебе в коллективе коммунистического труда!»

Остановилась. Молчит. Пошла в комнату, выключила верхний свет, включила торшер, поправила на нём платок. Села на диван, сняла очки, молчит. Вертит головой. Снова бегает по комнате, наводит порядок.

Замечательно сказано. Всё. Вы на месте. Всё на месте. Начинаем рабочий день. Теперь мне только нужно включить компьютер… Нынешние секретарши сидят за ним и играют в какие-то игры, он им не работник, не помощник… У меня компьютер — только для дела. В нём всё собрано для дела…

Подошла к столу, на котором стоит компьютер, упала на колени, плачет:

Ну, миленький мой, ну, пожалуйста, не умирай, а? Я ведь тоже умру, а? Не умирай, родное моё существо?! Ты единственное родное существо на этом белом свете, не умирай, а?!

Гладит компьютер, плачет.

Нажала какую-то кнопку на компьютере.

Тот пикнул вдруг, загрузился и экран засветился синим.

Она осторожно, боясь что-то нарушить, села на стул, вздохнула, выпрямила спину, принялась быстро печатать.

Ты моё солнце… «Немка-Ленина-Убила», «Папироска», «Пишмашка» снова жива… Ты открылся, ты загрузился, да? Ты понимаешь, как это важно для тебя и для меня: он приходит, а я уже за компьютером, да? Я так нужна ему, я так нужна ему, я его тень, я ему готова ноги мыть и юшку пить, я его люблю, я его рабыня…